Одиннадцать страниц от руки · конец 1990-х
Воспоминания Георгия Васильевича Федоренчика, 1926 года рождения. Тот самый текст, с которого началась вся эта работа.
Георгий Васильевич записал историю рода от руки, шариковой ручкой, на одиннадцати листах. Он был старшим сыном Василия Адамовича, прошёл ссылку ребёнком, войну — солдатом, и единственный в семье сел и записал всё, что помнил. Заканчивается рукопись словами: «Вот такая наша семья».
Ниже — полная расшифровка, страница за страницей. Орфография автора сохранена, включая написание «Белоруссия»: это документ своего времени, и осовременивать его неправильно. Правки коснулись только пунктуации.
Там, где почерк читается неуверенно, стоит знак (?). Пометки составителя вынесены в серые врезки — в самой рукописи их нет.
### Семья Федоренчиков
Мой дед Федоренчик Адам родился в 1878 г. в деревне Скобровка Червенского района (Игуменского по старому), а бабушка Прасковья родилась в 1880 г. в деревне Блонь.
В 1897 г. они создали семью. С 1898 по 1916 год у них родилось 9 детей. Два старших погибли: один — в империалистическую войну, второй — в гражданскую, воевал на стороне белых и пропал без вести.
В 1900 дед и баба купили землю в дер. Курганок(?) и там построили усадьбу. В 1902 году родился мой отец Василий Адамович; в 1925 г. женился на Серафиме Демьяновне Кореневич из дер. Речки, 1904 г. рождения.
Вся большая семья проживала в этом доме; в этом же доме родились и мы с Галей.
В 1920 году дед Адам разбирал патрон, который взорвался, поранил руку — и от заражения крови умер.
В это время из детей, кто был дома, отец был старший. После смерти Адама на бабушку и отца в основном легли все заботы о хозяйстве и семье. А хозяйство было немалое: порядочно земли, ст.ч.(?) и участок леса. Семья считалась зажиточной — имели несколько коров, лошадей, свиней, овец; на гумне уже стояла купленная молотилка.
По мере подрастания все дети включались в работу по ведению хозяйства и, кроме того, приобретали разные специальности: Фёдор был лучший портной в округе, а Лида ему помогала и впоследствии стала известной портнихой; и моя мать приобрела машинку «Зингер» и тоже неплохо шила всякие вещи.
---
Александр зимой занимался извозом леса на станцию Гродзянка и неплохо играл на гармошке и на цимбалах. Пётр овладел специальностью валять валенки и занимался кузнечным делом. Семён и Виктор были ещё подростки.
Отец, кроме того что занимался всем хозяйством, делал телеги, сани, столярку и продавал на базаре в Червене.
Вот поэтому, кроме доходов от сельского хозяйства, семья имела приличные приработки от других видов работ.
Я родился в конце декабря 1925 г., на святого Георгия — возможно, и имя мне такое дали, а записали моё рождение 1 января 1926 г. Мать говорила, что подумали мальчику приписывать лишний год. В ноябре 1928 года родилась Галя.
До 1928 года мы жили в одной семье с бабушкой. Затем через улицу отец построил свой дом, и мы жили отдельно, имели всё своё хозяйство — землю, хозяйственные постройки, лошадь (серая в яблоках, кобыла), корову, свиней, овечек.
В 1929 году брат отца Фёдор женился и тоже рядом с нашим домом начал строить свой дом; у них родился сын.
В 1930 г. семью Федоренчиков как зажиточную — раскулачили. Весь скот, жилые дома, хозяйственные постройки, молотилку забрали в колхоз «Энгельса», а дом бабушки перевезли в Ляды, и в нём разместился сельсовет. Он и сейчас там стоит. После нашей реабилитации мы могли его забрать, но отказались.
Весной 1930 г. нас на подводах довезли до станции Гродзянка, погрузили в товарные вагоны и довезли до Перми, там перегрузили на пароход и по реке Каме, а потом по другой реке (название не знаю), довезли д[о] […]
---
Этот посёлок находился в тайге, поблизости на десятки километров не было ни одной деревни, кругом лес и совершенно бесплодная земля, ничего не росло, даже картофель.
Наша семья по приезде построила землянку; в ней разместилась вся большая семья Федоренчиков — 13 человек, и жили в ней, пока построили дом. В меньшей половине разместилась наша семья, а все остальные — в другой половине.
На Дозовке все взрослые члены семьи работали на выезде на лесозаготовках, а мы, дети, оставались только с бабушкой. Фёдор устроился на лесоучастке продавцом в ларьке, за растрату был осуждён на два года тюрьмы. По отбытии уехал в Белоруссию. В годы войны Фёдор партизанам шил одежду; кто-то выдал, и его с двумя мужчинами живьём сожгли в сарае.
В 1932 году бабушка настояла, чтобы Сеня вывез Лиду в Белоруссию. Они на лодке по ночам по реке Каме доплыли до Березников, а затем на поезде — до Белоруссии. Лида вскоре вышла замуж за Леуса, который работал бухгалтером в совхозе «Дукора», а Сеня устроился работать помощником машиниста на железной дороге под фамилией Томашевич. В 1936 году по подсказке (доносу) его арестовали, осудили на 10 лет; полный срок отбыл в Магадане.
Жизнь на Дозовке была невыносимо тяжёлая, начался голод. Умер сын Фёдора; удрала в Белоруссию и Надя (жена Фёдора). На Дозовке от голода умерло очень много людей. Мы с Галей тоже голодали, были дни, что кроме кипятка нечего было есть. Я приспособился ловить пастками снегирей — и это было счастье. Многие, не спасаясь от голода, начали удирать; многих ловили и отправляли в тюрьму. И когда стало легко […]
---
В 1935 году нас на барже перевезли в посёлок Шордын, расположенный в 10 км от райцентра с. Гайны (по другую сторону Камы). Шордын расположен в красивом месте на берегу живописной реки Лиманка. Нашу семью разместили в приезжем(?) доме. Одну половину занимала наша семья, а другую — бабушка, Александр, Пётр и Виктор.
На Шордыке уже жизнь была легче. Папа работал в леспромхозе, мама работала в колхозе. Около дома был огород; сначала купили корову на двоих с соседом, а позднее одни имели корову, поросёнка, коз, курей.
В 1936 году у нас родился мальчик Борис и в этом же году умер от скарлатины. В 1938 году родилась Люда, в 1940 — Веня.
Я в школу пошёл ещё на Дозовке. На Шордыке была хорошая начальная школа, со спортивным залом, квартирой для учителей, и даже туалет был в здании школы. Школа стояла на высоком берегу реки. В посёлке уже работали два магазина, столовая, детсад-ясли, клуб, библиотека, пекарня, баня, конторы лесопункта и колхоза, медпункт с родильным отделением. Были построены капитальные животноводческие постройки колхоза и конюшня леспромхоза.
На праздники колхоз устраивал гулянки с участием всех жителей, с бутылкой крепкого пива и обедом в столовой.
Колхоз осваивал новые земли на месте вырубки леса, корчевали. Хозяйство в колхозе велось умело, были неплохие урожаи, животноводство. Особое внимание уделялось лошадям как основной тягловой силе колхоза. По берегу Лиманки были неплохие сенокосы.
Перед войной уже жизнь была более-менее нормальная по сравнению с Дозовкой.
---
По выходным дням в клубе устраивались постановки, танцы. На танцах Ал-др играл на цимбалах, а папа был отменный танцор и всегда командовал: «мужчины направо, женщины налево». Раз в неделю привозили кинопередвижку. Мы, пацаны, чтобы бесплатно смотреть кино, нанимались крутить динамо.
В 1938 году родилась Люда — я ещё в Гайнах регистрировал и получал свидетельство о рождении, а в 1940 г. родился Веня. При их рождении дома устраивались крестины.
В 1939 году я пошёл в пятый класс Гайнской средней школы. Это было 10 км от Шордына, но вся сложность была — как перебраться через р. Каму, а её ширина была большая. Поэтому приходилось в субботу после занятий у местных жителей «отдолжить» лодку и переплывать Каму, а там прятать её в кустах до воскресенья. Переехав реку Каму, лодку, как правило, ставили на место.
Был и такой трагический случай. В одну из суббот весной переправлялись через Каму. Мы с Галей и её подругой Страш Ольгой уже подплывали к берегу. За нами ехала лодка, в ней были два брата Пеньвины(?) Иван и Михаил и девочка Валя. Не доезжая метров 20–30 до берега, их лодка от сильных волн перевернулась. Старший брат Михаил утонул, а Ване я помог спастись.
---
В период войны жизнь была тяжёлая.
Папа в 1942 г. был призван в трудовую армию и работал на строительстве шахты в гор. Александровске.
Мы с Галей учились в Гайнской средней школе, жили на частных квартирах. По карточкам получали граммы хлеба. Иногда утром наш с Галей завтрак состоял из нескольких ломтиков картошки, спечённых на железной печке.
Мама мало чем могла помочь, так как у неё на руках были двое маленьких детей — Люда и Веня. Она ещё кое-как держалась за счёт сбора и сдачи ягод.
Поэтому после первого полугодия учебного года в 9 классе, в январе 1943 г., я пошёл работать в школу. Меня назначили учителем начальных классов в Монастырскую семилетнюю школу в 35 км выше по Каме.
Весной 1943 г. поступил заочно в Кудымкарское педучилище, сдал экзамены за второй курс.
14 ноября 1943 г. был мобилизован в армию. На Урале это была уже зима. Нас на подводах довезли за 300 км до ст. Менделеево, потом поездом до ст. Кунгур и дальше 30 км пешком до дер. Колпашово(?), где формировался на фронт 49-й полк. Меня зачислили в снайперскую роту, разместили нас, снайперов, в одной землянке — 200 человек. Я устроился на нары на второй этаж. Занятия проводились на улице (кроме политзанятий и изучения матчасти оружия), а морозы стояли по 30–40 градусов. Питание настолько было плохим, что многих помещали в отдельные […]
---
3 мая 1944 года наш полк в составе дивизии на станции Кунгур погрузили в вагоны и отправили на фронт.
Под Москвой из состава нашей дивизии отбирали в погранвойска. Туда зачислили и меня. И мы специальным товарным поездом через Саратов, Куйбышев, Сталинград, Махачкалу, Баку, Тбилиси доехали до Ленинакана.
А все мои товарищи по снайперской роте попали на фронт. Я потом узнал, что многие погибли. А мой друг Шапиров, с которым мы одно лето пасли телят, а в снайперской роте спали рядом на нарах и, чтоб было теплее, укрывались двумя шинелями, — был ранен, а после госпиталя попал в военное кавалерийское училище.
В это время Галя окончила Гайнскую среднюю школу, поступила на физмат в Молотовский пединститут. Жила только на одну стипендию, а в войну эта стипендия ничего не значила. После окончания поехала в Белоруссию и работала в Бегомльском районе. Там же вышла замуж за Ляха Иосифа Александровича, работавшего зав. районо.
---
(начало страницы повторяет эпизод о друге Шапирове — автор переписывал)
По прибытии в 39-й Ленинаканский погранотряд Армянского пограничного округа войск НКВД, затем КГБ, три месяца проходили учёбу пограничной службы. По окончании учёбы были направлены на погранзаставы. Я попал на погранзаставу №1 на границе с Турцией. Застава находилась на высоте 3200 метров над уровнем моря. Зимой страшные бури, но всё равно каждую ночь уходили в наряды. Застава стояла над ущельем Дарын(?) — дорога, и сейчас страшно вспомнить, как тяжело было через неё перебираться, да ещё ночью.
Через полгода меня перевели служить пониже, на вторую комендатуру, а через год перевели работать в штаб погранотряда на должность делопроизводителя, затем был избран секретарём бюро ВЛКСМ управления погранотряда, награждён Почётной грамотой ЦК комсомола Армении за успешную службу по охране границы и за активную работу в комсомоле.
В 1949 году меня перевели в Белорусский погранокруг. Там я проходил службу в Волковысском погранотряде — старшиной манёвренной группы и помощником начальника резервной погранзаставы по политчасти. В октябре 1950 г., после семилетней службы, был демобилизован.
(вставка на полях, зачёркнуто автором) В годы войны отец был мобилизован в трудовую армию, работал в г. Александровске на шахте. В 1946 г. отец перевёз семью в Александровск. Я в этом году приехал в отпуск и помог им получить паспорта и уехать в Белоруссию.
После демобилизации приехал к родителям в Логойск(?). Стал на партучёт; мне предложили должность зав. отделом кинофикации. Когда стал принимать, выяснилось, что помещения нет, автомашины, лошади — было на несколько тысяч рублей, всё на частной квартире.
---
[…] помещения не было, а надо было принимать автомашину, лошадь […] Всё это негде было держать, и в райкоме партии приняли […] (в скобках: «Тем меня привлекало […]»).
8 ноября 1950 г. в этом же году был избран секретарём первичной парторганизации, куда входили колхозы и организации Кащелевского(?) сельсовета.
В 1951 г. был назначен директором [школы]; строил новое здание школы. Построил […] В сентябре 1952 г. был назначен инструктором в Логойский райком партии.
Во время учёбы в пединституте познакомился с Тамарой, которая тогда работала учительницей в […] районе. В 1953 г. мы свой брак с Тамарой зарегистрировали в Ворошиловском бюро загса гор. Минска. Дружба с Тамарой началась в Ворошиловском […]
В сентябре 1953 г., после сентябрьского Пленума ЦК КПСС, принявшего решения по подъёму сельского хозяйства, я подал заявление […] на укрепление сельского хозяйства кадрами […] Я подал заявление […] работать в […] В райкоме нашли […] Получил однокомнатную квартиру.
Три года, за это время построил […] В сентябре 1955(?) г. у нас родился сын Саша (на полях приписка: «в честь […] брат […]»).
Поскольку партгосударство […] в январе 1956 меня избрали заведующим отделом пропаганды […] и в 1966 проработал […]
С 1956 по 1966 проработал в РК КПБ. Был избран делегатом […] съездов; избирался членом […] Минского обкома партии […] Съезда […]
---
[Тамара] заочно окончила Минский пединститут, и в день окончания института родился Вася — его [назвали] в честь дедушки.
В 1966 г. меня избрали председателем Минского обкома профсоюза рабочих лесной, бумажной и деревообрабатывающей промышленности, где проработал 20 лет до выхода на пенсию. За работу в профсоюзах награждён орденом «Знак Почёта» и медалью «За трудовую доблесть», двумя Почётными грамотами Президиума Верховного Совета БССР.
В этом же году меня избрали председателем объединённого профсоюза Минского областного бюро профсоюзов, где работаю и до сих пор.
### Наша семья
Наш брак с Тамарой я считаю был счастливым. Мы жили дружно. У меня работа была нелёгкая — в райкоме партии и в обкоме профсоюзов; Тамара мне во всём помогала, и ей было нелегко, так как забота о детях в основном лежала на ней, с чем она успешно справлялась. Итог — два чудесных сына.
Саша окончил технологич. институт. Женился на Кендыш Галине Ивановне, уч. — преподаватель русского и белор. языка. У них родилась дочь — Инна. Окончила Белорусский государственный университет с присвоением звания магистр.
Вася окончил технологич. институт. Женился на Селивановой Марине Леонидовне (врач). У них родился сын Саша — учится в технологическом университете.
Оба сына успешно продвигаются по работе. Саша стал коммерческим директором Минской обойной фабрики, а Вася был зам. генерального Минского мебельного объединения, и сейчас работает в […]
---
Галя с Ляхом переехали в Логойск. Она работала завучем(?), заместителем директора СШ №2. У них дети многого достигли: - Вова — доктор наук, профессор, зав. кафедрой в Польше; - Валя — кандидат техн. наук, руководитель крупного производства.
Веня (Вениамин), после окончания службы в армии, при моей помощи прописался в Минске и работал на Минском автомобильном заводе, в военном цеху, токарем высшей категории. Женился на Ирине Михайловне, окончившей пединститут. Родились у них Андрей — сейчас руководитель крупного производства на МАЗе, и дочь Наташа, окончила высш. уч. заведение.
Люда вышла замуж за Герасименка Алексея — главного инженера совхоза «Ягода»(?). У них родились две девочки — Оля и […]. Оля заканчивает университет, а […] поступила в университет в этом году. Алексей после тяжёлой болезни умер.
Федоренчик Александр Семёнович окончил технологич. институт, защитил кандидатскую учёную степень, успешно занимается научной деятельностью в области лесной промышленности, работает зам. ректора университета по учебной работе. За успехи награждён медалью «За трудовую доблесть», и на подходе «Заслуженный работник».
Мы с Тамарой очень радовались, и я сейчас очень рад, что семьи у Саши и Васи дружные, счастливые. Они семьями хорошо дружат. Это видно от того, что и Галя, и Марина умные, добрые, внимательные по отношению к своим мужьям, детям своим и мне.
Вот такая наша семья.
---